Андрей Нечаев: «Мы не боремся с пьянством, мы боремся за трезвость»

Мало кто сегодня знает, что Санкт-Петербург до революции 1917 года называли столицей трезвости. В городе на Неве вели свою деятельность различные общества трезвости, среди которых выделялись такие, как Александро-Невское общество трезвости, объединявшее более 70 тысяч человек, Общество народных трезвенников Братца Иоанна Чурикова с многочисленными членами. Потом эта традиция была утеряна на десятилетия. И вот теперь она возрождается – не в храме и не в музее, а на промышленном предприятии. АО «Завод АТИ» – уникальный для России пример объединения производственной и общественной деятельности на основе православных духовных ценностей, где большинство сотрудников сознательно сделали свой выбор в пользу трезвости. Здесь решают проблему зависимостей через веру, культуру и личный пример. Генеральный директор Завода АТИ Андрей Нечаев, трезвенник в пятом поколении, рассказывает главному редактору «ЭГОИСТА», как это работает, что такое принцип тишины после шума и почему свобода – не в действии, а в способности остановиться.

Андрей Александрович, возглавляемый вами Завод АТИ – ведущий производитель фрикционных изделий в России, тормозных колодок для железнодорожного и автомобильного транспорта под брендами AURORA, RAF, «АТИ Carbon» и др. И еще, что очень важно и не свойственно большинству предприятий России: коллектив завода в своем подавляющем большинстве – сторонники здорового образа жизни. Да вы и сами неоднократно заявляли, что являетесь трезвенником в пятом поколении. Более того, вы своей деятельностью создали уникальный для современной России пример объединения производственной и общественной деятельности на основе православных духовных ценностей. И отсюда мой первый вопрос. Многие руководители борются с пьянством на производстве запретами, штрафами и т. п. Вы выбрали другой путь – через веру и культуру. В 1997 году на территории завода был освящен храм в честь иконы Божией Матери «Неупиваемая Чаша» – первый в современной России центр православного трезвенничества. Почему вы решили, что духовная опора эффективнее кнута? И не было ли у вас сомнений, что этот, скажем так, неформатный подход не даст желаемого результата?

Андрей Нечаев. АО «Завод АТИ» – старейшее предприятие в отрасли, созданное в 1913 году, – предприятие с большими традициями, с огромным накопленным опытом и в то же время современное, отвечающее всем вызовам сегодняшнего дня. Завод АТИ, конечно, не только производитель фрикционных изделий в России, как вы сказали, и тормозных колодок для железнодорожного, пассажирского и автомобильного транспорта. Вы упомянули бренды AURORA, RAF, «АТИ Carbon»… Но это лишь малая доля из наших торговых марок. Перечислять их все смысла нет. Я скажу иначе: мы производим колодки для любых вагонов – грузовых и пассажирских, например, для «Красной стрелы», «Гранд Экспресса», для скоростных поездов «Ласточка», для вагонов метро и трамваев. Сейчас мы внедряем в производство колодки для «Сапсана».

«Ласточка» и «Сапсан» ведь изначально были разработаны на заводе Siemens?

А. Н. Абсолютно верно, и этот немецкий концерн их обслуживал. Сегодня «Ласточка» (скорость до 160 км/ч) успешно производится в России, а обслуживание «Сапсанов» (скорость 250 км/ч) контролирует РЖД. Так вот, сегодня колодка, произведенная на Заводе АТИ, успешно стоит на вагонах «Ласточка» и не уступает по эксплуатационным характеристикам немецким аналогам. Важно, что сырье, которое используется в колодке АТИ, только российское. В нашей стране особенный климат. Есть регионы, где жарко, а есть – где очень холодно. Такая наша страна Россия. Мы разработали колодку, которая адаптирована и для жары, и для холода.

На Заводе АТИ есть еще одно большое производство – цех теплоизоляционных и уплотнительных изделий. Теплоизоляция, которая используется практически во всех отраслях промышленности: нефтехимия, металлургия, атомная, добывающая, химическая, строительство, автомобильная и судоремонтная отрасли. Мы выпускаем сальниковые набивки и кольца, уплотнения, теплоизоляционные ткани и шнуры. Например, есть специальная набивка, которая используется в дейдвудных устройствах, например, для уплотнения гребных винтов, она работает в морской воде. Есть набивки для разных сред: щелочь, пар, кислота и т. д. Мы делаем сальниковые уплотнения для атомной промышленности, например, для Ленинградской АЭС. Так что колодки – это малая толика того, что производит Завод АТИ.

Но вернусь к ответу на ваш вопрос. Храм в честь иконы Божией Матери «Неупиваемая Чаша» был освящен в 1997 году владыкой Владимиром, митрополитом Санкт-Петербургским и Ладожским. Это первый храм в России в честь иконы «Неупиваемая Чаша». И построен он трудами моего учителя и наставника Сергея Евгеньевича Васильева. Сегодня он является ктитором этого храма (ктитор – от греч. κτήτωρ – «собственник; основатель, создатель» – лицо, выделившее средства на строительство или ремонт православного храма. – Прим. авт.), возглавляет большую общественную организацию «Православный Санкт-Петербург», которая включает в себя радио, журнал, храм и театр.

Почему духовная опора эффективнее кнута? Знаете, ситуация с конца 90-х – начала 2000-х сильно изменилась, но проблема никуда не ушла. И мы тогда выбрали долгий, но по-настоящему эффективный путь через веру и культуру. Но я хочу сказать главное: мы не боремся с пьянством, мы боремся за трезвость. Это совершенно разные векторы. Борьба с пьянством – это полицейский вектор: запреты, кнут, наказание. А борьба за трезвость – это вектор создания ценностей. Трезвость как ценность на предприятии. И люди должны увидеть для себя, для коллектива и для своей семьи все плюсы, почувствовать радость от этой ценности.

У нас на Заводе АТИ создан особый мир, особый микроклимат, который позволяет человеку развиваться сразу в нескольких направлениях. Первое – это производство. Работник может развиваться профессионально вместе с предприятием. Мы отвечаем вызовам времени, и человек, который приходит на завод, может расти. Мы бесплатно его обучаем, повышаем его квалификацию, вкладываем в него силы.

Второе направление – культурный рост. На заводе уже долгое время действует Православный драматический театр «Странник». У нас был большой актовый зал, красный уголок, и мы его переоборудовали в театр на 300 посадочных мест, в котором работает профессиональная труппа артистов. Возглавляет театр замечательный режиссер Владимир Николаевич Уваров. Вот сейчас, когда мы записываем наше интервью, проходит Пасхальный фестиваль (интервью было записано 24.04.2026. – Прим. авт.). Съезжаются театральные коллективы из разных городов России прямо на площадку завода. Репертуар театра – это и классика, спектакли на злобу дня, поднимающие проблемы общества сегодня, постановки духовно-нравственной направленности. Конечно же, детские спектакли: например, на Рождество Христово у нас очень интересная программа. И конечно, есть постановки, которые, без сомнения, заинтересуют молодежь.

Любой человек с улицы может прийти в наш театр бесплатно. У входа стоит ящик для пожертвований, как в храме. Сколько считаешь нужным – столько и положи. И ящик переполняется. Конечно, завод помогает театру: ремонтом, хозяйственными вопросами, частичным содержанием актеров. Театр живет. Мы ездим на гастроли, выступаем по социальной программе с классическим духовно-нравственным репертуаром даже в тюрьмах и колониях.

Третье направление – храм. Возможность развиваться духовно. И получается, что работник у нас стоит на трех основаниях: труд, культура, вера. Создав такой мир, мы хотим, чтобы отношения между работодателем и работником были не просто договорными – «подписал договор, отработал, получил деньги». Мы хотим большего: доверия и взаимной пользы. И это не красивые слова. Все это можно увидеть у нас в театре, в храме, в людях.

И вот в конце девяностых – начале двухтысячных трезвость стала активно возрождаться. И наш храм «Неупиваемая Чаша» стал центром этого возрождения. В заводской Клуб трезвости «Бодрствование» может прийти любой сотрудник, который чувствует проблему, зависимость. Непринужденное общение, чтение и рассуждение на темы Священного Писания, чаепитие – все настраивает на доверительную беседу. Храм открыт для службы в субботу и воскресенье, работает церковная лавка, есть духовная литература и даже есть консультации православного юриста, который бесплатно консультирует любого работника предприятия – и все это знают. На заводе выпускается газета, где отражается связь храма, театра, завода. Кроме того, при храме работает воскресная школа для детей – в векторе духовного назидания и воспитания благочестия.

Наши батюшки – частые гости в цехах, в лаборатории, в различных службах предприятия. С какой целью? Освятить цех по просьбе работников или просто пообщаться в нерабочее время. Был недавно случай: я попросил нашего настоятеля отца Евгения зайти в нашу испытательную лабораторию –женщины-лаборанты, замечательные специалисты, попросили осветить лабораторию, каждый год обращаются с такой просьбой. И заодно батюшка с ними пообщался, ответил на разные вопросы.

Потрясающе. Я, признаюсь, восхищен. Но позвольте продолжить. Если я не ошибаюсь, то некоторое время назад вы публично свидетельствовали о случаях исцеления от пьянства по молитвам перед иконой храма Божией Матери «Неупиваемая Чаша». Это правда? Нет ли у вас опасения, что люди воспримут это как мистику? Как вы сами отделяете чудо от психотерапии?

А. Н. Эти вопросы для нас очень близки, актуальны и понятны. Вы сказали, что я публично свидетельствовал… В 1997 году здесь, на Заводе АТИ, была чудесным образом обретена икона «Неупиваемая Чаша». Если почитать историю этой иконы, а она была явлена в нескольких местах, то первое, что написано: ей молятся зависимые люди об избавлении от греха пьянства, табакокурения, наркомании. «Неупиваемая Чаша» символизирует неиссякаемую благодать Божью. Она никогда не кончается. И когда человек это чувствует, он понимает, что сам Христос – это и есть неиссякаемая благодать.

Поэтому не только я свидетельствую. Как написано у апостола Павла: есть «облако свидетелей». Многие люди свидетельствуют, что кто с верой припадает к иконе, получает просимое. Если вы подойдете к чудотворному образу иконы «Неупиваемая Чаша» у нас в храме, вы увидите внизу большие стенды с подношениями людей – там различные украшения из драгоценных металлов и камней. Это приносят люди в знак благодарности. Мы вынуждены часть подношений убирать, потому что их становится слишком много. Моя бабушка, верующая православная христианка, трезвенница, говорила: «Вся жизнь человека состоит из чудес. Только надо эти чудеса увидеть». А для каждого верующего человека чудо свое.

Как отделить чудо от психотерапии? Психотерапия – это практика, наука, которую можно объяснить. А чудо объяснить невозможно. Его можно только почувствовать сердцем, а иногда и разумом. Господь приоткрывает завесу тайны. У нас на заводе есть несколько десятков людей, с которыми произошло это чудо по молитвам Богородице. Например, Алексей Иванович Иванов. Он работает аппаратчиком пропитки в текстильном цеху. Для меня это было чудо – видеть, как он меняется. Он прошел тяжелый путь: был бомжом, прошел реабилитацию. Но когда человек выходит из реабилитации, куда ему пойти? Если он вернется в ту же среду – все может вернуться на круги своя. Наша задача – познакомить такого человека с единомышленниками, привести в компанию, где ему будет понятно и комфортно. Алексей у нас работает уже более девяти лет и благодарит Бога.

Таких случае очень много. У зависимых людей – многих – золотые руки и золотая голова. Но соблазн, грех пьянства – это ведь не просто болезнь. Дьявол так лукаво подходит, и человек теряет все: и золотые руки, и голову. Но есть возможность опять их обрести. У нас на Заводе АТИ работают высококвалифицированные специалисты. Сложнейшее производство, таких с улицы не найти. И с ними надо работать, возможно, больше, чем с кем бы то ни было, чтобы сохранить, потому что они уникальны. Чудеса – сплошь и рядом. Не только я свидетельствую сегодня об этом – облако свидетелей.

Как-то в разговоре вы сказали мне, что раньше администрации завода приходилось ходить по цехам буквально с алкотестером для контроля сотрудников, а жены встречали у проходной своих мужей, чтобы у тех не было возможности, простите, пропить свою зарплату. Сейчас, разумеется, необходимость в таких мерах отпала. Сколько человек на заводе сегодня сознательно выбрали трезвость? И как вы оцениваете экономический эффект – в цифрах или хотя бы в ощущениях?

А. Н. Я очень хорошо помню конец 90-х – начало 2000-х. Тогда это была очень серьезная проблема. Мы прежде чем выплатить зарплату, смотрели в календарь: не выпадает ли этот день на вторник или среду, например. Старались платить в пятницу лишь с одной целью: чтобы человек, получив зарплату, к понедельнику пришел в себя. Однажды решили выдать во вторник – и что получили? Три отличных специалиста – токарь высокого разряда, помощник мастера в текстильном цеху, прессовщик горячего формования – не вышли на работу. Очень яркая картина: в день выдачи зарплаты я лично видел, как несколько женщин дежурили перед проходной, чтобы поймать своего мужа. Потому что пока он добирается до дома, вся зарплата или часть зарплаты оставалась там. Жены отбирали деньги, потому что понимали: не донесет, семье не хватит денег на жизнь.

Сегодня у нас многие люди сознательно выбрали трезвость. Мы, разумеется, не считали, но скажу с уверенностью: большинство наших сотрудников – независимые от алкоголя люди. Надо сказать, что многие, в особенности средний возраст и молодежь, видят плюсы трезвого образа жизни. Экономический эффект – налицо. У нас практически нет текучки персонала. Люди работают, имеют большой стаж, получают надбавки и тринадцатую зарплату. Минимизировался брак. В отделе технического контроля существенно снизились проценты по браку – там сейчас что-то очень близкое к 0,2%. О чем это говорит? Повысилась ответственность персонала. У нас много людей работают сдельно. Они пришли зарабатывать деньги для семьи. Сколько сделал – столько получил. Нормы достойные, люди их перевыполняют, получают дополнительную премию.

Андрей Александрович, вы возглавляете движение «Трезвый фронт» и участвуете в Православном обществе трезвости. Какие конкретные инициативы этих объединений вы считаете самыми действенными? И сталкиваетесь ли вы с сопротивлением со стороны работников, чиновников, алкогольного лобби?

А. Н. Немножко поправлю. «Трезвый фронт» – это была первая организация, которую мы создали много лет назад. Сейчас она называется «Трезвая жизнь». У нас большая активная группа в соцсетях, во «ВКонтакте», более 6000 подписчиков. Я также являюсь членом Православного общества трезвости Братца Иоанна Чурикова (Общество духовных христиан-трезвенников Братца Иоанна Чурикова – религиозное движение, основанное самарским крестьянином И. А. Чуриковым, Братцем Иоанном Самарским, в 90-е годы XIX века в Санкт-Петербурге. Подробнее тут: trezvograd.ru. – Прим. авт.). Горжусь, что я в пятом поколении трезвенников. Когда-то мой прапрапрадед получил исцеление от пьянства, и трезвость в нашей семье передавалась из поколения в поколение. Общество никогда не прекращало деятельности: в годы гонений, в застой, в перестройку – трезвость всегда была актуальна.

У нас в Обществе трезвости два основных вектора. Первый – пропаганда и популяризация здорового образа жизни, который сегодня в тренде, что особенно важно для молодежи. Об этом даже президент говорит. Второй вектор – православное содержание. Есть такое выражение: «Мы свидетельствуем о Христе радостью трезвой жизни». Трезвенник – не унылый человек, которому что-то запретили. Нет. Его осознанный выбор – радость и свобода.

Говоря о конкретных инициативах, первая и очень важная – мы хотим убрать алкоголь из продуктовых магазинов. Но нам противостоит серьезное алкогольное лобби. Сегодня фактически в любом магазине, условной «Пятерочке» или «Магните», алкоголь расставлен очень продуманно. Идешь с дочкой за продуктами и на выходе, как правило, проходишь вдоль рядов с алкоголем. Полки на уровне детских глаз. Если ты хоть как-то зависим – есть шанс, что ты его возьмешь. Алкоголь навязывается с детства. Но алкоголь – это яд, а он продается там же, где продукты. Мы хотим вывести алкоголь в отдельные магазины. Во многих развитых странах так и есть. Сегодня одна из главных проблем – доступность алкоголя. Моя старшая дочь работает в медицине, она говорит: «Очень большое количество травм связано с алкоголем».

Вторая инициатива – наш ежегодный фестиваль «Трезвая волна», который мы проводим вместе с Санкт-Петербургской епархией на территории Александро-Невской лавры. Выступают известные артисты. Обратите внимание: многие артисты сегодня пропагандируют трезвость. «Трезвая волна» поднимает волну популяризации правильного отношения к жизни, здоровью, духовно-нравственным ценностям.

Еще одна наша инициатива – мы создаем первый в России музей трезвости. Есть музей водки, но нет музея трезвости! Вы знаете, что, к примеру, в деревне Верхние Мандроги (Ленинградская область) есть Музей русской водки и самогоноварения, где стена декорирована бутылками с водкой. Такой алтарь из бутылок. Алтарь сатаны, алтарь беса: молись, бухай – и на кладбище! У нас водку представляют как ценнейший продукт России. Мы будем создавать музей трезвости, который расскажет, что наша страна никогда не была пьяной. Наша страна всегда была трезвой. Водка и медведи на Красной площади – это миф, навязанный нам стереотип. Музей будет доступным языком об этом рассказывать. 

Насколько мне известно, ваша дочь Софья также дала обет трезвости. Как в вашей семье выстроен диалог о свободе выбора, когда ты – абсолютный трезвенник, а вокруг – мир, где употребление алкоголя считается нормой?

А. Н. Я всегда обращаюсь к Богу с благодарностью за своих двух замечательных дочерей – Анастасию и Софью. Обе – православные трезвенницы уже, получается, в шестом поколении! Старшая дочь Анастасия заканчивает ординатуру, уже практикует в больнице, служение очень непростое. Ее супруг Михаил – будущий хирург. Младшая Софья еще учится. Обе дали обет трезвости в 16 лет, как и я когда-то, по примеру своих благочестивых предков. Это был их абсолютно сознательный выбор. Мы ни в коем случае его не навязывали. Стараемся создать в семье атмосферу, которая позволяет принять такие решения. Дети видят все плюсы трезвого образа жизни на примере жизни бабушек и дедушек, родителей. Понимают, что на фундаменте трезвости можно построить достойную жизнь: получить хорошую работу, сделать карьеру, создать крепкую семью, воспитать детей и служить им примером.

У Софьи, ей 17 лет, есть подруги из неблагополучных семей, где только один родитель или родители страдают алкоголизмом. Одна из таких девушек, очень достойная, как-то говорит Соне: «Соня, я вижу твою семью, и я тоже хочу стать трезвенницей, потому что вижу, что происходит с моими родителями». Мне было очень приятно, когда дочка вечером сказала: «Папа, какая я счастливая, что родилась в трезвой семье». Я всегда советую своим детям искать единомышленников – ребят, девчонок, которые разделяют их интересы, культуру, взгляды на жизнь. И таких много. Мир непростой, жизнь – не поле перейти. Они выросли в общине трезвости, у них целая компания друзей. Вместе катаются на горных лыжах, ходят в походы, отмечают праздники – общие интересы. Я, кстати, ни разу не слышал от них скверного слова, а это уникально для нашего времени – не материться…

Андрей Александрович, представьте: на завод приходит молодой инженер, который по пятницам позволяет себе пару бокалов вина или, может быть, что-то более крепкое. Он не пьяница, а просто «как все – по праздникам». Вы будете его переубеждать изменить свой образ жизни? Есть ли красная линия, после которой вы готовы расстаться с сотрудником, даже если он профессионал?

А. Н. Спасибо за вопрос. Но можно я вам задам встречный вопрос? Скажите, пожалуйста, что будет с огурцом, если его поместить в банку с рассолом?

Огурец просолится.

А. Н. Точно. Не может так случиться, чтобы огурец поместили в рассол, и он не просолился. Любой человек, который попадает на Завод АТИ, попадает в такой рассол. Приходит «огурец» и попадает в наш коллектив, где есть своя культура, традиции, понимание, как жить и работать. Это не красивые слова – это наша реальность. И с очень большой вероятностью, без навязывания, без нотаций, запретов и наказаний, он «просолится» традициями и культурой предприятия.

Я был свидетелем таких моментов. Приходили достойные независимые люди, которые культурно поднимали бокал шампанского на Новый год. Но через некоторое время они сами понимали: даже на Новый год алкоголь не нужен. Вы спросите: «А как у вас проходят корпоративы?» Хороший вопрос. Когда говорят о корпоративах на заводах, представляется картина: столы накрыты, посередине «беленькая», часть людей через время «уснули в салате». У нас другая культура. На Заводе АТИ корпоративы – два раза в год, и это трезвый праздник. Мы показываем: чтобы радоваться, алкоголь не нужен. Иначе весь праздник вокруг алкоголя, он главный. «Без алкоголя я не могу поговорить, мне неинтересно, я скованный» – это еще один миф.

Например, летом мы снимаем большой корабль, плывем, например, в сторону Кронштадта, огибаем форты. Накрыт стол без алкоголя, ведущий, конкурсы, программа. Люди заняты, это их сближает, сплачивает. Зачем нам алкоголь? Зимой покупаем билеты на известные постановки: развлекательные шоу или, к примеру, в Мариинский театр. Люди сами выбирают (у нас голосование). Дни рождения, юбилеи – всегда программа. На Заводе АТИ очень сильная самодеятельность, как в советское время. Люди сами готовят костюмы, ставят постановки. Помогает режиссер нашего театра Владимир Николаевич.

Вот в таком «рассоле» мы живем. Я не представляю, какая должна быть эта красная линия. У нас очень доверительная атмосфера. Обычно человек сам понимает, что он белая ворона. Если в другом коллективе человек непьющий – белая ворона, то у нас наоборот. Пьющему становится у нас неинтересно, и бывает, что он уходит. Мы никогда никого не заставляем, не навязываем. Это свобода выбора каждого человека.

Андрей Александрович, наш журнал называется «ЭГОИСТ». В хорошем смысле – о людях, которые строят свою жизнь вокруг своих ценностей. Что бы вы сказали читателю, который пока далек и от церкви, и от производства, но при этом хочет быть хозяином своей жизни? Какой совет или принцип из вашего опыта мог бы помочь ему стать свободнее, в том числе от того, что ему мешает?

А. Н. Слово «эгоист» в векторе трезвости – очень положительное слово. Когда человек свое здоровье, ясность ума ставит выше сиюминутного удовольствия – это правильный эгоизм. И в то же время он являет примером другим – своим коллегам, своим друзьям, своей семье, своим детям. Если ты руководитель – не должно быть двойных стандартов. Если ты говоришь о трезвости – будь сам трезвенником. 

Что хочу посоветовать вашему читателю? Есть принцип, который я отметил для себя давно, – принцип тишины после шума. Свобода начинается не с действия, а с паузы. Большинство людей сегодня живет на автопилоте. Нам навязывают чужие цели, чужие ценности. «Все так делают». Я считаю, нужно сказать «стоп», нажать на паузу, остановиться, задуматься. А что действительно вы хотите? Что для вас по-настоящему дорого? Кто для вас дорог? Что вам ценно в этой жизни? И здесь мне помогает вера, духовные ориентиры, суета отходит на второй план, и можно увидеть четкую картинку. Мы сами, к сожалению, наше сознание и сердце затуманены сегодняшней суетой, проблемами, стрессами. Нажимая на паузу и задавая себе честные вопросы, мы можем получить ответы. 

Сейчас идет Пасхальная неделя. Я хочу обратить ваше внимание вот на какую духовную мысль. Когда Христос воскрес, он являлся многим – и каждому по-разному. Явление Христа продолжается и по сей день. Господь незримо, но ощутимо является каждому из нас, если мы хотим Его увидеть и почувствовать. Ответы на любые сложные вопросы, которые мы часто «задвигаем, избегаем», мы можем получить именно с Божьей помощью. Но если мы задаем себе вопросы в суете – получим ложный ответ. Поэтому –принцип тишины и паузы. Свобода – не в действии, а в способности остановиться. Именно с паузы начинается свобода.