Я хотел бы ни о чем еще раз поговорить

О балете Игоря Булыцына «Брух. Сюита». Осип Мандельштам однажды выдал такую необычную, но по-своему гениальную формулу поэзии: «Я хотел бы ни о чем / Еще раз поговорить». Разговор ни о чем, от которого при этом невозможно оторваться, – это, наверное, высшая форма эстетства и одновременно самая высокая ступень поэзии, да, пожалуй, и любого вида искусства. Подобные мысли приходят при воспоминании об одном из самых ярких событий уходящего театрального года, которым, без сомнения, стала единственная премьера прошедшего сезона Санкт-Петербургского театра балета имени Леонида Якобсона – «Брух. Сюита» на музыку Макса Бруха в постановке Игоря Булыцына. 

Премьера балета состоялась на сцене БДТ имени Г. А. Товстоногова 21 и 22 июля 2025, а затем повторялась на Большой сцене Александринского театра.

Я сходил на «Бруха» дважды, и хотел бы еще. Такое ощущение, что в этом балете есть какая-то загадка, которая требует разрешения, ответа, но ответ все время ускользает, напоминая своим исчезновением название знаменитого фильма Бертолуччи «Ускользающая красота». Тебе кажется, что ответ вот-вот будет получен, но звучат последние такты музыки, движение на сцене заканчивается, и ответа снова нет. Но остается неизбывное очарование бессмертной красотой.

Если я пока что так и не смог найти разгадку немеркнущего очарования новой балетной постановки, мы можем хотя бы попытаться ответить на сопутствующие более простые вопросы: кто такой не самый известный в наших краях немецкий композитор-романтик позапрошлого столетия Макс Брух и кто такой автор балета балетмейстер Игорь Булыцын? Благо в этом уравнении со многими неизвестными есть одна хорошо знакомая всем петербургским театралам величина – блистательная труппа Театра балета имени Леонида Якобсона, радующая балетоманов всего мира своим искусством уже более полувека.

Начнем с композитора Макса Бруха (1838–1920), из числа произведений которого на моей памяти на городской афише Санкт-Петербурга появлялся только и исключительно скрипичный концерт, и происходило это по сей день крайне редко. Остальные его произведения, включая оперу с интригующим и волнующим знатоков немецкого романтизма названием «Лорелея», указанную в каталоге его произведений, услышать в наших краях живьем затруднительно, а то и вовсе невозможно. Тем оригинальнее и почтеннее выглядит выбор молодого уральского балетмейстера Игоря Булыцына, выдающий его обширные познания в области академической музыки и тонкий вкус. 

Забегая вперед, скажу, что, если не знать, что эта музыка, звучащая в балете, принадлежит Максу Бруху, ее можно было бы принять за какие-то неизвестные произведения Феликса Мендельсона-Бартольди или даже Роберта Шумана, несмотря на то что Брух принадлежит к совсем другому поколению – он на пять лет моложе Иоганнеса Брамса (1833–1897) и на год старше Модеста Мусоргского (1839–1881). Рискну предположить, что один из мотивов выбора именно этой музыки – ее удоботанцевальность. В связи с этим мне сразу вспоминается балет Джорджа Баланчина на музыку Феликса Мендельсона-Бартольди к комедии Шекспира «Сон в летнюю ночь». В постановке же «Брух. Сюита», по заявлению ее автора, сюжета как такового нет. 

Так кто же такой молодой российский хореограф Игорь Булыцын?
На сайте Театра балета имени Леонида Якобсона об Игоре Булыцыне среди прочего сказано следующее: 
Игорь Булыцын относится к тому поколению хореографов, которое сейчас набирает силу и готовится в ближайшее время занять творческие высоты в современном театральном процессе. Профессиональное становление артиста проходило на Урале. С 2009 года Игорь Булыцын служит в Екатеринбургском театре оперы и балета, ныне известном как «Урал Опера Балет». Образование получил в Башкирском хореографическом колледже имени Рудольфа Нуреева. Исполнитель классического и современного репертуара, Игорь Булыцын нашел себя преимущественно в демихарактерном репертуаре. За роль Меркуцио в балете «Ромео и Джульетта» в хореографии Вячеслава Самодурова удостоен звания лауреата Национальной театральной премии «Золотая Маска».

Поставил хореографические номера «Соната Скарлатти», «Экспонат», «Дуэт», «Номера фурий», «Трио», «Секвенция» и ряд других. Принимал участие в проектах «Context. Диана Вишнёва», «НА ГРАНИ». В оперных постановках получил опыт в качестве ассистента по сценическому движению. В 2018 году поставил на сцене театра «Урал Опера Балет» одноактный балет «Увертюра» на музыку Антонио Сальери. (полдробнее здесь)

Для знатока вопроса здесь уже немало информации. Во-первых, обнаруживается, что Игорь Булыцын танцевал Меркуцио в балете Вячеслава Самодурова, который также является творческим партнером Театра балета имени Леонида Якобсона и чей замечательный балет «598 тактов» на музыку одного из сыновей Иоганна Себастьяна Баха – Карла Филиппа Эммануила – показывают в один вечер в паре с балетом «Брух. Сюита». Кроме того, у Игоря Булыцына, как и у Вячеслава Самодурова, прослеживается тяготение к малоизвестной академической музыке, на что указывает использование произведений того самого Антонио Сальери в балете «Увертюра». Сальери, который известен рядовому гражданину больше не своими музыкальными произведениями, а как герой прославленной маленькой трагедии Пушкина.

Во втором отделении после балета Игоря Булыцына показывают балет его учителя Вячеслава Самодурова, который также исключительно красив и изящен и благодаря большему, чем в «Брухе», количеству реквизита дает больше пищи для размышлений о его литературной программе. Хотя, по словам автора «598 тактов» маэстро Самодурова, этой литературной программы в чистом виде там тоже нет. Музыка также малоизвестная даже знатокам, но еще более замечательная, на мой взгляд, чем у Макса Бруха. В этом смысле Вячеслав Самодуров открывает для многих творчество Карла Филиппа Эммануила Баха (1714–1788), за что ему отдельное спасибо. Да и сам он, объясняя название своего спектакля, сказал: «Главное в этом спектакле –музыка».

Не лишним будет упомянуть, что не только публика своими аншлагами, но и профессиональное конкурсное жюри оценило эту необычную постановку: в 2024 году балет «598 тактов» был удостоен высшей театральной премии Санкт-Петербурга «Золотой софит» в номинации «Лучший балетный спектакль».

Профессиональные балетные критики много писали об особенности хореографии «598 тактов», отмечая среди прочего «высокоскоростной темп», «асимметричность танцевального рисунка», «неожиданные перебои ритма и синкопы», «трансформацию и деформацию классической лексики», «отточенную пальцевую технику», «ходьбу на полусогнутых ногах в шестой (параллельной) позиции» в соседстве с бытовыми «просторечными» жестами. Одна из рецензий называлась просто восторженно: «598 тактов чистой радости». С чем я, по гамбургскому счету, как зритель могу согласиться – придираться к тому, что ты видишь и слышишь, совсем не хочется, да, по сути, и не к чему.

Сценография «Тактов» лаконична, но несколько богаче «Бруха»: на подмостках присутствуют стулья, вазы и позолоченные подсвечники, которые герои действия низшего сословия – слуги в богатых камзолах и буклях – периодически переносят туда-сюда. Все движения слуг подчеркнуто церемонны и предельно скромны. А вот примы и премьеры, играющие господ, своим танцем намекают нам на романтические свидания, любовные треугольники и, как следствие, неразделенные чувства и личные драмы.
Вечер, состоящий из одноактных балетов «Брух. Сюита» и «598 тактов», оставляет приятное послевкусие, запоминается надолго – а может быть, даже и навсегда? – и порождает острое желание вернуться в театр, чтобы увидеть эти роскошные зрелища, сопровождаемые прекрасной утонченной музыкой, снова и поделиться всем этим с близкими. В дополнение к этим двум балетам первый раз были показаны еще и «Озорные частушки» Вячеслава Самодурова, а в другой раз – прославленный «Роден» Леонида Якобсона. Но чтобы не перегружать нашего читателя, об этих достойных шедеврах мы, наверное, расскажем в другой раз. 

P. S. 15 декабря 2025 в Большом зале Екатерининского собрания артистам Театра балета имени Леонида Якобсона – Галине Михирёвой, Марии Репетиевой, Вячеславу Спильчевскому, Марселю Казыханову и Дмитрию Соболеву – за участие в балете «Брух. Сюита» была вручена Молодежная премия Санкт-Петербурга в области художественного творчества.