Вторая мировая: сделано в Версале
Доктор политических наук, доктор философии (Ph.D.), кандидат исторических наук, профессор университета Такусёку (Токио), ведущий научный сотрудник Института востоковедения РАН (Москва), член-учредитель Национального союза библиофилов (Россия)
28 июня 1919 года в Зеркальном зале Версальского дворца, бывшей резиденции французских королей, «главные Союзные и объединившиеся державы»: Соединенные Штаты Америки, Британская империя, Франция, Италия и Япония, а также Бельгия, Боливия, Бразилия, Китай, Куба, Эквадор, Греция, Гватемала, Гаити, Геджас (Хиджас; ныне часть Саудовской Аравии с городом Мекка), Гондурас, Либерия, Никарагуа, Панама, Перу, Польша, Португалия, Румыния, Сербо-хорвато-словенское государство (с 1929 года Югославия; ныне Сербия, Черногория, Хорватия, Словения, Босния и Герцеговина, Косово), Сиам (ныне Таиланд), Чехословакия (ныне Чехия и Словакия) и Уругвай – заключили мирный договор с Германией, тем самым завершив Первую мировую войну. И сделав новую мировую войну неизбежной.
В популярном британском сериале 2000-х годов «Доктор Мартин» есть такая сцена. Врача, практикующего в провинциальной деревушке, приглашают к очень пожилой леди, чтобы освидетельствовать ее дееспособность при составлении завещания. Доктор задает традиционные вопросы: какой сейчас год, какой сегодня день недели, кто премьер-министр Великобритании? Леди отвечает правильно. Наконец, он спрашивает, когда началась Вторая мировая война? Леди, которая по возрасту должна помнить войну, отвечает: 28 июня 1919 года. Доктор изумлен, а она наставительно говорит: «Молодой человек, Вторая мировая война началась в тот день, когда был подписан Версальский мир» (цитирую по памяти, но за точность содержания ручаюсь).
Пожилая леди была права. Как была права и другая пожилая леди – Марго Асквит, вдова британского премьер-министра времен Первой мировой войны. В середине тридцатых годов на вопрос «Где родился Гитлер?» она невозмутимо ответила: «В Версале».
Вторая мировая война остается главным историческим событием ХХ века, влияние которой ощущается нами и сегодня через восемьдесят лет после ее окончания. Она полностью заслонила от нас Первую мировую войну, которую в России, в отличие от Европы, не называют «Великой войной». Великой войной для нас остается Великая Отечественная война 1941-1945 гг. – важнейшая часть Второй мировой войны 1939-1945 гг. Такое отношение является эмоционально и психологически оправданным, но скрывает от нас «тайну, в которой война рождалась», по словам Владимира Ленина, или «корни мирового конфликта», если воспользоваться определением историка Николая Полетики.
Главной, если не единственной, причиной Второй мировой войны в Европе принято считать агрессивную политику Германии и ее союзников – проигравшей стороны. Главными виновниками самого страшного мирового конфликта ХХ века принято называть Гитлера и Муссолини. Эти утверждения кажутся настолько само собой разумеющимися, что доказывать их нет необходимости, а опровергать – нелепо и даже неприлично. После поражения СССР в «холодной войне» на Западе стали добавлять к двум диктаторам третьего – Сталина. Пропагандистская подоплека таких заявлений очевидна – достаточно присмотреться к тому, кто их делает.
Утверждения о том, что западные державы – Великобритания, Франция и США – несут немалую долю ответственности за начало Второй мировой войны, так и не были услышаны в послевоенном идеологизированном мире. В периоды обострения противостояния между СССР и «лагерем империализма» советские историки и пропагандисты вспоминали о них, но с неизбежными оговорками, поскольку перечисленные страны в годы войны были нашими союзниками по антигитлеровской коалиции, а Уинстон Черчилль, Франклин Рузвельт и Шарль де Голль до сих пор остаются в официальном пантеоне «героев войны». Более того, по окончании «холодной войны» от таких высказываний многие стали отмахиваться как от «советской пропаганды». Вместе с водой выплескивают и ребенка, которого в ней купали, как говорил еще Мартин Лютер.
Так кто же виноват? Одни пишут о «маниакальном стремлении Германии к мировому господству», другие о «близоруком и преступном умиротворении агрессоров» со стороны Англии и Франции, третьи о «безнравственном сговоре диктаторов», четвертые о «большевистском коварстве» и так далее. Одни начинают непосредственную предысторию конфликта с советско-германского пакта о ненападении, известного как «пакт Молотова-Риббентропа», в 1939 году: «сговор диктаторов». Другие с Мюнхенского соглашения в 1938 году: «умиротворение агрессоров». Третьи с аншлюса (воссоединения) Австрии с Германией в 1938 году, вступления немецких войск в демилитаризованную Рейнскую область в 1936 году или прихода Гитлера к власти в 1933 году: «стремление к мировому господству». Четвертые ищут «точку отсчета» в советской истории: «большевистское коварство».
За идеологемами – ибо всё перечисленное есть идеологемы – потерялось главное. Вторая мировая война началась в тот день, когда официально закончилась Первая, – с подписанием Версальского договора 28 июня 1919 года. Многие слышали, что он «имеет какое-то отношение» ко Второй мировой войне, но с трудом представляют себе, какое именно, ибо полный текст договора читали единицы. Между тем именно в день его подписания была предопределена новая война в Европе. Предопределена и запечатлена в тексте мирного договора, под которым поставили подписи тогдашние руководители почти всех государств земного шара. 10 января 1920 года он вступил в силу.
Полный текст «мирных» – кавычки уместны! – договоров с Германией, Австрией, Венгрией, Болгарией и Турцией в «бумажном» виде публиковался на русском языке только один раз, в 1925-1927 годах, и на десятилетия был упрятан в «спецхраны» библиотек, как будто это «подрывная литература». Лишь в конце 2000-х годов он появился в интернете, где теперь его можно найти в Викитеке (прочитать можно тут).
Вчитываясь в текст «мирных» договоров, мы видим полный сценарий новой войны в Европе. «Версальский мир, – писал в 1925 году профессор Юрий Ключников, бывший глава внешнеполитического ведомства колчаковского правительства, перешедший на сторону советской власти, – представляет собой одну из позорнейших страниц в истории международных отношений. Изучение его текста с ясностью показывает его неприкрыто насильнический характер. Знакомство с его историей обнаруживает в нем совершенно исключительное по цинизму лицемерие. Версальский мир, стремившийся парализовать возможность будущих международных конфликтов, в действительности стал новым источником для этих конфликтов. Он завел мир буржуазных стран в страшный тупик, из которого рано или поздно будет, конечно, найден выход, но только отнюдь не версальскими путями». Победители требовали жесткого выполнения условий диктата, что сделало новую войну неизбежной.
Посеянный в Версале ветер через двадцать лет обернулся всеевропейской, а вскоре и всемирной бурей. За казенным языком договоров и сухим перечнем фактов мы видим сценарий не только «гитлеровской агрессии», но и всех будущих европейских конфликтов. Причем не только европейских! Трагическое эхо Версаля слышно в истории гражданской войны по всей России, в непростых отношениях Турции с соседями на Западе и Востоке, в арабо-израильском конфликте, в межмусульманском противостоянии суннитов и шиитов, в многолетней борьбе Вьетнама и Кореи за независимость.
Версальский сценарий появился и приобрел силу международного закона, когда будущий «фюрер германской нации» был мелким националистическим агитатором в охваченной революцией Баварии. Видный британский ученый, тесно связанный с политическими кругами, автор известных книг по европейской и русской истории сэр Бернард Парес прямо сказал о Гитлере: «Мы создали его, а французы еще в большей степени, чем мы». Нет-нет, это не о том, что Гитлер – «британский проект», как любят выражаться конспирологи. Сэр Хорас Рамбольд, британский посол в Берлине в 1928-1933 годах и один из самых непримиримых критиков национал-социализма, сообщал в Лондон 21 марта 1933 года: «Постольку поскольку (нацистская – В.М.) революция была бунтом против Версальского договора, можно сказать, что вся страна объединилась в ее поддержке». Американский политический аналитик Генри Вольф назвал Гитлера «незаконным сыном» Версальской системы и утверждал, что мир никогда не узнал бы о нем, если бы условия договора не были столь суровы по отношению к Веймарской республике. Экс-президент США Герберт Гувер – непосредственный свидетель событий – заявил: «Никогда злые силы страха, ненависти и мести не нанесли цивилизации больше ущерба, как на Парижской мирной конференции». Это сказано в 1943 году – в разгар Второй мировой войны.
Действия тех, кого принято считать виновниками войны, обычно называют «преступлением против человечества». В немного измененной форме это определение еще в 1919 году использовал бывший государственный секретарь США Филандер Нокс, говоря о Версальском «мире»: «Договор приговаривает тех, кто написал его. Это преступление против цивилизации». Теперь цитата с другого берега, датированная годом позже: «Что такое Версальский договор? Это неслыханный, грабительский мир, который десятки миллионов людей, и в том числе самых цивилизованных, ставит в положение рабов. Это не мир, а условия, продиктованные разбойниками с ножом в руках беззащитной жертве». Автор этих слов – Ленин.
Самое ужасное в том, что почти то же самое думали и чувствовали авторы договора или прикосновенные к нему лица. В день подписания «мира» Эдвард Хауз, главный советник президента и «номер второй» в американской делегации, занес в дневник: «Всё это весьма напоминало обычаи прежних времен, когда победитель волочил побежденного привязанным к своей колеснице». «Новейшая история не знает подобных договоров, – заметил Франческо Нитти за шесть дней до подписания «мира», возглавивший итальянское правительство. – Они меняют в корне самые отношения между цивилизованными народами». Президент Вильсон однажды обмолвился: «В тысячи жизней и миллиарды долларов нам обойдется бесславный мир, обрекающий нас на новую, еще худшую войну». Даже бывший главнокомандующий союзными войсками маршал Фердинанд Фош говорил не о «мире», а лишь о «перемирии на двадцать лет». Так зачем вы такой договор составили, господа?!
Система «мирных» договоров и связанные с ней соглашения не просто заклеймили Центральные державы как главных и единственных виновников Первой мировой войны (ныне этот тезис полностью опровергнут «Пора ехать в Сараево»: убийство, давшее старт мировой войне – Эрцгерцог Франц-Фердинанд – Первая мировая война | журнал ЭГОИСТ, Василий МОЛОДЯКОВ & Россия вступает в Великую войну – 1 августа (19 июля по старому стилю) 1914 г – Начало Первой мировой | журнал ЭГОИСТ), превратив их в изгоев, и наложили на них невыполнимые репарации. Они лишили их жизненно важных территорий, которые эти страны имели основание считать исконно своими, разрушив единое экономическое пространство и существовавшую веками систему хозяйственных связей.
Германия и Венгрия были поставлены в такие условия, что борьба против «диктата» неизбежно стала единственным путем их национального возрождения. Австрия добивалась воссоединения с Германией, в чем ей было отказано. Польша, Чехословакия, Румыния и Югославия получили многочисленное, компактно проживающее и недовольное германское население, которое в условиях политики подавления национальных меньшинств стало главным фактором их внутренней нестабильности. «Мирные» договоры предопределили и ряд других локальных конфликтов, которые принимали вооруженный характер: например, между Польшей и Литвой, Италией и Югославией.
С помощью «мирных» договоров победители жестко ограничили вооруженные силы и вооружения побежденных держав, одновременно пообещав, что разоружатся сами, поскольку «тевтонский милитаризм» побежден. Этого обещания они не сдержали – в первую очередь Франция, которая непрерывно вооружалась сама и вооружала своих сателлитов вокруг германских границ. Восстановление военной мощи Германии, тайно начавшееся в веймарскую эпоху и ставшее открытым, даже демонстративным после прихода нацистов к власти, объяснялось не только «возрождением милитаризма», но и реальными нуждами национальной обороны, поскольку рассчитывать на дружбу соседей в условиях послеверсальской Европы Берлину явно не приходилось.
В 1925 г. консультант британского МИД по историческим вопросам Джеймс Хэдлам-Морли очень точно предсказал будущую «гитлеровскую агрессию»:
«Мы не можем теперь быть безразличными, если Германия прорвется на восток и приступит там к захвату территорий и накоплению сил, которые в будущем неизбежно будут использованы на Рейне. Пытался ли кто-либо понять, что произойдет, если случится новый раздел Польши или если чехословацкое государство будет настолько урезано и расчленено, что по существу исчезнет с карты Европы? Вся Европа будет охвачена хаосом. Уже не останется никакого руководящего принципа, значения или смысла в территориальных соглашениях на континенте. Вообразите, например, что при каких-либо маловероятных обстоятельствах Австрия присоединится к Германии, что Германия, используя недовольное меньшинство в Чехии, потребует новой границы далеко за горами, включая Карлсбад и Пильзен (ныне Карловы Вары и Пльзень – В.М.), и что в то же время в союзе с Германией Венгрия вернет себе южные склоны Карпат. Это будет катастрофой. Если мы вовремя не вмешаемся, чтобы всё это предотвратить, то будем вынуждены вмешаться впоследствии, хотя, возможно, и слишком поздно».
Что стало причиной этой прозорливости? Даже проникнув в 1925 году в мозг будущего «фюрера германской нации», британский аналитик не обнаружил бы там столь четкий план, поскольку такого плана еще не существовало. Хэдлам-Морли основал свой прогноз на текстах договоров, в подготовке которых принимал участие. Так он вынес приговор собственному детищу в год Локарнских соглашений между Великобританией, Францией и Германией о закреплении «навеки» западных границ последней. Соглашения казались настолько прочной основой мира и безопасности в Европе, что их авторы – министры иностранных дел Остин Чемберлен, Аристид Бриан и Густав Штреземан – в следующем 1926 году были удостоены Нобелевской премии мира.
Гитлеровской агрессии (без кавычек!), деяниям нацистов и их пособников на оккупированных территориях нет и не может быть оправдания. Приговор им вынесен и обжалованию не подлежит. Однако необходимо четко помнить о том, кто и когда создал условия для новой войны. Клемансо, Тардьё, Фош, Ллойд Джордж, Вильсон и иже с ними в послевоенных «мирных» договорах сжали пружину так, что она разжалась в европейский, а затем и в мировой конфликт – благодаря не только Гитлеру, Муссолини и их союзникам, но чехословацкому президенту Эдварду Бенешу, главе польского МИД Юзефу Беку, лорду Галифаксу, Уинстону Черчиллю и многим другим, до сих пор числящимся на стороне Добра. Пора избавить нашу историческую память от их героизации.
«Какие ваши доказательства?» – спросит читатель, не увидев в статье ни цифр, ни точных дат, ни географических названий. Доказательства – в моей книге «Вторая мировая: война, которой не могло не быть», написанной в жанре исторической справки | Издательство "Проспект". Рекламой не является – это очень грустное чтение. Но необходимое.
